Интервью для reelsourсe.ru (2016)

Ирина, вы окончили факультет Прикладной космонавтики. Довольно необычный выбор для молодой девушки. Почему решили пойти учиться именно туда?

Не более необычный для молодой девушки, чем решение стать режиссером-клипмейкером. Мне вообще свойственно искать нетривиальные пути. Во ВГИК меня не приняли, к несчастью. Хотя и не знаю, как бы сложилась моя судьба, если бы я туда поступила. В любом случае, оказалась я в университете, который сейчас называется «Московский государственный университет геодезии и картографии». Поступила на факультет «Прикладной космонавтики», где нас учили предметам, которые, как мне кажется, абсолютно обязательны именно для режиссеров. Мы изучали все, что связано с оптикой, новейшими оптическими системами, всеми видами съемочного оборудования, которые применяются на Земле, в аэро- и космическом пространстве. Все, что устанавливается на космические летательные аппараты, в том числе производящие разведку. То есть, по большому счету, я – разведчик! (смеется). Кстати, и моя дипломная работа была связана с разведкой.

В общем, несколько лет моей студенческой жизни я изучала камеры, фотоаппараты, фотографию. И самое интересное, что мне в последствии очень пригодилось – это дешифрирование уже кем-то сделанных фотографий. Это очень развивает фантазию и такие необходимые для режиссера навыки, как придумывание странных миров, которые могут присутствовать в клипах. Это ведь не кино, и изначально не совсем понятно, по каким законам их создавать. Вот всему этому меня и учили в моем университете. Быть фантазером, который способен что-то придумать и дешифрировать это правильно и по-новому.

Выходит, полученные знания оказались востребованными в совершенно другой профессии!

Абсолютно. И я очень благодарна всем педагогам, заставлявшим меня учиться. Компьютерные технологии, программное обеспечение – все это пригодилось. Ведь именно это я сейчас активно применяю в работе. Прежде, чем стать хозяйкой собственного продакшена, я сама прошла все производственные этапы: была видео-оператором, монтировала материал в разных монтажных системах; а уже после стала режиссером и затем продюсером. Завела свое собственное производство. Без полученных знаний это было бы не так комфортно.

 

В вашей биографии сказано, что во время учебы вы работали в частных компаниях, где набирались режиссерского и операторского опыта. Можете рассказать подробнее?

Этот период был совершенно неинтересным. Работа из серии: «поди-подай-принеси». Я тогда не отказывалась ни от чего: могла держать штатив, отражатели, даже бутерброды на площадке резала. А хотелось придумывать и реализовывать свои фантазии, чтобы придуманные миры становились реальностью. А это возможно только при определенном статусе – статусе режиссера. А еще лучше – известного режиссера. (смеется). Нужно, чтобы заказчики тебе доверяли – а это приходит со временем. И нужно было пройти весь этот рутинный путь, чтобы желаемое стало возможным.

 

Вы уже в 90-е занимались продюсированием роликов?   

Ну, скорее нет. На центральных каналах были такие музыкальные популярные шоу-программы, как «Песня года», или фильмы о творчестве артистов. И я начинала с того, что делала видео-зарисовки к ним. Это были не клипы, как таковые, но что-то очень похожее на них. И этот формат меня привел к тому, что я хотела делать – к созданию музыкальных клипов. Мне уже тогда нравилось, что у песни есть внутренний мир, который можно не только услышать, но и увидеть.

Свой первый клип вы сняли по заказу продюсера Юрия Айзеншписа в 2000 году. Как вы познакомились? Какие ваши работы заставили его обратить на вас внимание?

О, познакомились мы чудесным образом – он отказался со мной общаться! (смеется). Инициатором знакомства оказалась обеспеченная заказчица, которая хотела из своей 16-ти летней дочери сделать звезду R’n’B. Имея достаточно средств, она обратилась к сильному продюсеру. Он согласился с ней работать и они создали довольно модный музыкальный материал в стиле, который в то время у нас только набирал популярность. И по какому-то стечению обстоятельств она узнала обо мне, мы познакомились. Она поверила в меня и решила, что я смогу сделать для ее дочери что-то абсолютно оригинальное. Режиссерского опыта съемок клипов на тот момент у меня не было. Но когда мне был задан прямой вопрос, смогу ли я это сделать, я ответила утвердительно. Конечно, я понимала, что буду нести ответственность, берясь за проект с таким большим бюджетом. А бюджет на производство ролика был действительно большим, собственно, как того требовала задумка. И вот она знакомит меня с Юрием Шмильевичем. Он при встречи сразу признался, что не понимает, зачем так рисковать, когда существуют проверенные режиссеры – Сергей Кальварский, Федор Бондарчук, Тигран Кеосаян – все они были его знакомыми, плюс могли точно гарантировать результат. Возможно, сыграла роль женская солидарность, но заказчица решила, что снимать видео буду я. В общем, мне просто повезло! А я знаю, что каждому в жизни предоставляется шанс, и важно его не испугаться. Я не испугалась и шансом этим воспользовалась. Сняла клип, его взяли все центральные телеканалы – он долго был в эфире, его широко обсуждали. Он отличался от текущего на тот момент потока – по цвету, композиции, монтажу. Юрию Шмильевичу он тоже очень понравился. Ну а у меня после этого, как говорится, «зазвонил телефон».

 

Нельзя не заметить, что в производстве вы занимаетесь абсолютно всем – режиссура, продюсирование, монтаж и даже операторская работа. Как вам удается все это совмещать, при этом сохраняя высокое качество? Это ваша такая особенность, или есть проблема с кадрами?

Проблема с кадрами, конечно, есть. И с течением времени количество людей, работающих качественно, не увеличивается. И есть такие, кто становится одновременно режиссером-оператором-продюсером. Связано это с нерегулярной работой в индустрии и, как следствие, желанием заработать больше своими силами. Думаю, это основная причина. От этого результат страдает. При прекрасной картинке можно наблюдать отсутствие драматического замысла. Вот и получается такая среднестатистическая монтажная нарезка красивых изображений.

В моем случае, я, в первую очередь, режиссер, но по необходимости могу выступать оператором. Ко мне заказчики обращаются как к специалисту, способному полностью изобрести продукт и обеспечить его реализацию. Фактически, я и продюсирую – предлагаю не только идею, обеспечивающую правильное существование продукта на рынке, но и составляю бюджет таким образом, чтобы он соответствовал планам заказчика на его затраты. Поэтому я работаю с разными бюджетами. И если нет возможности пригласить, как это должно быть, высококлассного оператора с его группой, я беру в руки менее сложную технику и вполне способна снять задуманное сама. Мне нравится получать подобный опыт, но это не позволяет двигаться вперед профессионально. Только большие бюджеты позволяют экспериментировать. В результате появляется шанс уйти от однообразного потока клипов в сторону чего-то нового. Иначе происходит застой, от которого грустят и заказчики, и производители.

Как вообще обстоят дела с клипмейкингом в России сегодня?

В этом жанре происходит важная трансформация. Настало время, когда каждый желающий может снять себе клип на iPhone. И я это активно поддерживаю и пропагандирую. Сегодня для клипов тяжелое оборудование не нужно. Ведь огромная часть бюджетов трехминутной песни идет на обеспечение производства в условиях, когда у артиста нет на это достаточного количества средств. Ведь мы не для формата кинозала снимаем, нам не нужно растягивать изображение на огромный экран. Клипы смотрят с мобильных устройств. Не все стили визуализации возможны, но довольно многое можно сделать, используя камеры в iPhone и программы монтажа. Сейчас очень много таких прекрасных примеров, в том числе фильмов. И все усилия нужно направить на изучение этих простых устройств и применять их наилучшим образом.

 

Вы сказали, что работаете с высокими бюджетами. Сейчас активно формируется мнение, что ролики можно снимать за сравнительно небольшие деньги. Как думаете, применим ли такой подход при создании рекламы?

В отличие от музыкальных клипов, в рекламе большие бюджеты необходимы для реализации конкретного задания. Необходимо добиться строгой последовательности и качества изображения, которое заранее установлено рекламным агентством. Тщательная подготовка, серьезные ресурсы по людям – все это стоит денег.

В клипах всё немного иначе. Понимая бюджет заказчика, мы предлагаем разные художественные решения. И нет необходимости добиваться строгих установок, мы можем отклоняться от первоначального сценария. Ведь у нас в кадре артист, который не является актером. Артист может недостаточно хорошо двигаться в кадре, у него может отсутствовать телегеничность. Тогда нужно создать вокруг него такой мир, чтобы он компенсировал эти недостатки. Это ложится на плечи режиссера, который должен обладать художественной интуицией и уметь ее реализовывать. Поэтому мы можем решать такие задачи разными бюджетами, не зависеть от той картинки, которую уже продали заказчику. В результате присутствует вариативность. Поэтому я и призываю снимать сегодня на iPhone. Но это не относится к рекламе, за исключением случаев, когда это является первоначальной концепцией.

Какие работы вам больше нравится снимать – с упором на атмосферу или на драматургию?

С упором на атмосферу – это когда красивые картинки как-то смонтированы между собой? Мне это совсем не близко. Даже когда мои клипы невозможно прочитать как киноисторию, а я предпочитаю именно так монтировать. Я снимаю именно историю, она всегда строится по литературному сценарию.

 

Что является главным вдохновителем при разработке клипа – личность исполнителя, музыка, текст?

Личность исполнителя. Песни, даже внутри творчества одного исполнителя, бывают разными, по настроению. Тексты для меня не так важны, с точки зрения реализации, так же как и сама музыка.

 

Есть ли у вас музыкальное образование? И насколько оно важно для клипмейкера?

Музыкального образования у меня нет, но музыку я люблю и разбираюсь в ней. Для клипмейкера важно в первую очередь музыку слышать, чувствовать ее.

Вы позволяете себе экспромт на площадке?

На площадке он отсутствует полностью. Экспромт возможен в моих изначальных предложениях.

Вообще, я очень люблю перемешивать жанры. Например, если снимаю для рок группы, то визуально добавляю что-то из эстрадной эстетики, и наоборот. И в этом смысле я импровизирую, экспериментирую, предлагая неожиданные и неоднозначные решения. Но как только мы с артистом утверждаем сценарий, нам уже импровизация на площадке не нужна. И мне кажется, это было бы непрофессионально. За исключением особых случаев: когда артист на площадке на справляется с актерской задачей, и я понимаю, что это выглядит плохо. Такое случается, но очень редко.

 

Музыкальный ролик на музыку Би-2, где вы приняли участие, снявшись в главной роли – это эксперимент?

Это дипломная работа моих студентов! Они написали сценарий и сняли все сами от начала до конца. Изначально я им пообещала, что они могут меня привлечь в какой-то роли. Но они восприняли все буквально и написали сценарий под меня. Но раз уж дала слово – пришлось сниматься. Песню по дружбе мне подарили ребята из Би-2, ролик получился интересным, но он не для эфира. Мне было неловко приглашать реальных артистов для дипломной работы моих студентов.

Вы упомянули про ваших студентов. Расскажите про вашу школу «По воскресеньям я снимаю кино».

Да, именно по воскресеньям, десять мастер-классов по три часа. Фактически, это такой клуб для тех, кто хочет лучше понимать кино. Принимаем всех желающих, вне зависимости от подготовки. Результат – съемка полнометражного фильма для размещения в интернете.

Это авторская программа, уникальна она тем, что я собрала и сформулировала весь свой опыт таким образом, чтобы студенты сразу могли снимать. Мы начинаем с психологии зрительского восприятия, основ драматургии. Перед записью в школу я провожу личное собеседование с абитуриентами, мне интересны только мотивированные. Стоит обучение не дешево, в каждой группе в среднем обучается по десять человек. Я подстраиваю программу под конкретную группу по итогам собеседования. У поступающих разные задачи и интересы. Кто-то хочет снимать интересные ролики для инстаграма. Была семейная пара, они снимают сказки для детей в клиповой эстетике. Одна студентка, как режиссер, уже сняла два полноценных ролика, весьма неплохих. Основное внимание уделяю опыту съемок на подручные средства – это то, что сейчас находит применение и востребовано.

Школе идет первый год, первый набор был в октябре. Я недавно была в Петербурге с мастер-классом, с аудиторией 650 человек. Сейчас лечу в Хабаровск. Да, это бизнес-проект. Повторюсь, люди массово хотят снимать теми средствами, которые имеют, но наиболее эффективно.

На вашем сайте сказано, что некоторые ролики вы производите по частным заказам для личного пользования. Не обидно, что вашу работу увидят лишь избранные?

Не обидно, я делаю это с удовольствием. При хорошем бюджете мне дается свобода творчества в создании практически любого сценария. Появляется возможность реализовать сложные художественные задумки. Снимала даже на музыку Рахманинова и Генделя, джаз – в коммерческом потоке таких проектов, к сожалению, не бывает.

Фамилии называть, понятно, не буду. Это очень обеспеченные люди, которые могут позволить себе такую роскошь.

Эти работы где-то можно увидеть?

Демонстрировать эти работы я не могу.

Более того, я не могу демонстрировать многие работы и действующих артистов. На моем сайте лишь малая часть того, что я снимала. Я не понимаю, с чем это связано. Какая-то психологическая ревность – деньги заплатили, отдайте продукт и нигде его не используйте. Я каждый раз подписываю договор с перечислением сайтов, где могу выкладывать полностью или частично ролик в качестве своего демо. У меня очень ограниченные возможности по использованию снятого материала. То, что у меня в доступе на сайте, повторюсь – это лишь малая часть.

Давайте поговорим о фильме, над которым вы сейчас работаете.

Это музыкальный арт-фильм «Девушки и яйца». В нем принимают участие несколько ярких героинь – Алла Сигалова, Диана Арбенина, еще несколько известных и успешных девушек и женщин – не хочу сейчас все раскрывать, должна оставаться какая-то интрига. В фильме хочу раскрыть свои представления о творческом пространстве, в котором существуют героини, известные сильные женщины.

Повествую языком визуализации. Фильм построен из трех частей. В третьей часть, и это мой авторский замысел, я погружаю каждую из героинь в несуществующий в реальности мир и создаю из них арт-объект. Что это за арт-объект и как он существует в этом мире – добавляет мое авторское понимание того, что они на протяжении всего фильма пытаются рассказать и донести людям.

Поскольку каждая из героинь имеет непосредственное отношение к миру художественных фантазий, реализации своих творческих потенциалов – то я буду рассказывать свою историю с помощью художественных методов выразительности. Это не документальное кино про женские судьбы. Это очень сложный арт-фильм со сложными съемками, которые проходили в Москве, в Сан-Себастьяне в Испании, в Париже и в других городах.  Премьера запланирована на декабрь. И еще есть такая особенность – весь фильм от начала до конца я снимаю сама.

Есть ли у вас в планах попробовать что-то новое для себя?

Да, большое кино. Причем, мне уже сделали предложение, которое я приняла. Начало работы над фильмом запланировано на апрель. Это триллер. Это очень близко к тем средствам выразительности, которыми я очень хорошо владею. Хороший литературный сценарий и провокационность – одна женщина-героиня среди мужчин – вот все, что я могу сказать об этом проекта на текущий момент.

Это неожиданно для меня. Вообще, я уже давно подбираюсь к кино, а оно ко мне. В 2008 году Рубен Дишдишян сделал мне приятное предложение – экранизировать пьесу «Терроризм» братьев Пресняковых. Это было самое интересное предложение их всех моих кинопоисков. Проект не состоялся по причине сложностей в отношении авторских права.

 

Ваш совет начинающим?

Никогда ничего не откладывать на завтра.

Четко распределять свою занятость, уметь выделять приоритеты.

Не бояться, верить в свои собственные силы. Если есть хоть намек на эти силы – значит они точно есть! 

Смотрите также


Статья HARPER’S BAZAR

2001

Интервью ОМ

2001

Интервью ELLE

2001